Каждый солдат, воюющий на СВО, может пропасть, оказаться в плену или столкнуться с несправедливостью. При этом родственники бойцов порой не знают, куда обратиться, и попадают к мошенникам. Военным и их семьям в Алтайском крае помогает в том числе региональный уполномоченный по правам человека. Он содействует в поиске бойцов и в их обмене, консультирует семьи, а также следит, чтобы права солдат не нарушались. Журналист amic.ru поговорил с омбудсменом Алтайского края Антоном Васильевым об освобождении пленных, о жалобах солдат и о жуликах, которые наживаются на теме СВО.
К сожалению, официальной статистики по пленным нет, она не публикуется. Это закрытая служебная информация только в распоряжении Минобороны.У нас есть данные по вернувшимся из плена жителям края, родственники которых ранее обращались к уполномоченному —таких за четыре года более 50. Последние обмены были достаточно крупные — по два, три военнослужащих возвращались. Но региональной привязки никакой нет, поэтому из края могут никого и не обменять.
Сначала родственники говорят, что человек не подписывал документ, но проверка показывает, что военнослужащий сам на все согласился. Контракт требует активного волеизъявления, за руку отвести не могут. Семья порой не знает, что делает их родственник. Мотивы и ситуации могут быть разные —начиная от чести и боевого братства и заканчивая долгами, неустроенностью семейных отношений, когда человек просто сбегает. Это жизнь, и мы должны это понимать.
Есть мошенники, которые предлагают свои услуги со стороны юридических фирм — например, помощь в розыске военнослужащего и вызволении его из плена. За такие услуги просят иногда грандиозные суммы. В Новосибирске наша землячка нашла рекламу организации, которая предлагала за миллион рублей не только найти ее сына на Украине, но еще и из плена привезти его сюда. Она отдала 800 тысяч — безрезультатно.Есть подобные организации, которые, к сожалению, фактически являются мошенниками. По некоторым из них, в том числе в Барнауле, возбуждены уголовные дела, сейчас ведется расследование.
По "черным вдовам" у нас практики нет, но мы знаем, что эта проблема существует. В 2025 году был принят закон, который сделал и гражданских жен получателями мер господдержки. Например, в фонд "Защитники Отечества" обращалась женщина, которая просто общалась с заключенным. Они ни дня не прожили вместе, намерения создать семью фактически не было. После он был в зоне СВО, а она пыталась добиться поддержки. Но правоохранительная система работает, и браки таких женщин с участниками СВО уже признавали фиктивными, расторгали по инициативе прокуратуры. Как правило, суды достаточно объективно подходят и понимают, был брак на самом деле или нет.
